Пролог ко Второй Мировой

Жители-Вены-приветствуют-Гитлера

Мюнхенский сговор, развязавший Гитлеру руки, возник не сразу. Путь «политики умиротворения», которую проводили Англия и Франция, был долгим. Эта статья о том, какой путь прошли Англия, Франция, Германия и Чехословакия, и какую политику проводил при этом СССР, прежде чем в сентябре 1938 г. были заключены роковые Мюнхенские соглашения.

Описывая переговоры в Мюнхене, нельзя не привести события в Европе предшествующих лет, которые к этому сговору привели. В идеале, конечно, следовало бы начать рассказ с Версальского мира, которым окончилась Первая Мировая война, и событий 20-х годов, однако в таком случае статья перерастёт в книгу. Поэтому начнём с событий 1934 г.

1934 год

В 1934 г. Гитлер организовал переворот в Австрии с помощью местных нацистов. Около часу дня 25 июля в канцелярию австрийского премьер-министра Дольфуса вошла группа вооруженных мятежников, и Дольфус, простреленный двумя пулями, остался лежать, истекая кровью. Другой отряд нацистов захватил радиостанцию и объявил об отставке правительства Дольфуса и о приходе к власти Ринтелена. Однако остальные члены кабинета Дольфуса проявили твердость и энергию. Президент Миклас издал официальный приказ восстановить порядок любой ценой. Части австрийской армии и полиции осадили здание канцелярии, где, окруженный небольшой группой мятежников, умирал Дольфус.

Ситуацию разрешил другой европейский диктатор — Муссолини, который в то время ещё не был союзником Гитлера. Он выступил за независимость Австрии. 3 итальянские дивизии были направлены на австро-итальянскую границу к Бреннерскому перевалу. Это заставило Гитлера, который знал пределы своей мощи, отступить.

Англия и Франция никак себя не проявили в этой ситуации.

1935 год

9 марта 1935 г. Гитлер объявил о наличии у Германии военно-воздушных сил, запрещённых Версальским договором. 16 марта он ввёл в Германии всеобщую воинскую повинность. 18 марта Германия официально денонсировала Версальский договор и таким образом избавилась от любых ограничений на свои вооружённые силы.

Франция, Италия и Англия собрали конференцию, чтобы пресечь дальнейшие действия по милитаризации Германии. Иоахим Фест, автор одной из самых известных биографий Гитлера, в своей книге «Адольф Гитлер» писал: «В первую очередь Муссолини настаивал на том, чтобы остановить дальнейшие поползновения Германии, но представители Великобритании с самого начала дали понять, что их страна не собирается применять санкции». Все понимали, что дело двигалось к войне.

2 мая 1935 г. между СССР и Францией был заключён пакт о взаимопомощи. Его действие распространялось на те случаи, когда одна из договаривающихся сторон станет «предметом угроз или опасности нападения со стороны какого-нибудь европейского государства».

После подписания этого договора министр иностранных дел Франции отправился в Москву. Однако перед самым отъездом он принял германского посла в Париже. Его он постарался заверить, что франко-советский договор отнюдь не исключает возможности франко-германского сближения. Более того, в любой момент можно будет пожертвовать договором с Советским Союзом, если это будет нужно для полного и окончательного соглашения с Германией.

Французский посол в Берлине Франсуа Понсэ получил от Лаваля директиву явиться к Гитлеру и подробно ознакомить его с вышеизложенной позицией Лаваля.

16 мая 1935 г. пакт, аналогичный советско-французскому, СССР заключил с Чехословакией. Он содержал существенную оговорку: «Одновременно оба правительства признают, что обязательства взаимной помощи будут действовать между ними лишь поскольку, при наличии условий, предусмотренных в настоящем договоре, помощь стороне — жертве нападения — будет оказана со стороны Франции». Этой оговоркой советская дипломатия предусмотрительно лишала французское правительство возможности — в случае нападения Германии на Чехословакию,- самому уклонившись от выполнения обязательств франко-чехословацкого союзного договора, переложить на Советский Союз всю тяжесть оказания помощи жертве агрессии.

Оказывать помощь Чехословакии в случае нападения Германии Франция обязана была по франко-чехословацкому договору о союзе и дружбе от 25 января 1924 г. и франко-чехословацким пактом о взаимных гарантиях от 16 октября 1925 г. Однако, Лаваль всячески затягивал ратификацию договора во Франции. Было очевидно, что он не хочет такого сотрудничества и избегает всего, что могло бы вызвать неудовольствие Гитлера. Договор был ратифицирован только 27 февраля 1936 г., после ухода Лаваля в отставку.

Пакт усиливал позиции Франции и СССР в Европе, что не могло не беспокоить Англию — давнюю геополитическую соперницу как Франции, так и России. В результате 18 июня 1935 г. было заключено англо-германское морское соглашение 1935 г. Согласно этому договору, Англия соглашалась с тем, чтобы «мощь германского флота составляла 35% в отношении к совокупной морской мощи Британской империи». В случае чрезвычайного строительства флота в других государствах такое соотношение могло быть и пересмотрено. За Германией английским правительством так же было признано право на строительство подводных лодок, что категорически запрещалось мирным договором. Германии разрешалось построить такое количество подводных лодок, которое составило бы 60% от числа английских подводных лодок, в случае же исключительных, по ее мнению, обстоятельств она могла построить и все 100 процентов. В официальных английских комментариях подчеркивалось, что норма в 35% должна обеспечить Германии полное господство в отношении СССР на Балтийском море.

Встреча-Бенито-Мусолини

1936 год

Рейнская демилитаризованная зона — территория Германии на левом берегу Рейна и полоса на его правом берегу шириной в 50 км, установленная Версальским мирным договором в 1919 г. с целью затруднить нападение Германии на Францию. В этой зоне Германии запрещалось размещать войска, возводить военные укрепления, проводить маневры и т.д. В ответ на ратификацию Францией советско-французского договора о взаимопомощи, Гитлер заявил, что это враждебный в отношении Германии акт, и поэтому западная полоса за Рейном для укрепления обороны Германии будет занята немецкими войсками.

7 марта 1936 г. три батальона немецкой пехоты заняли демилитаризированную Рейнскую область. С военной точки зрения данная акция была чистой авантюрой. Переводчик Гитлера Пауль Шмидт слышал, как тот говорил: «48 часов после марша в Рейнскую зону были самыми драматическими в моей жизни. Если бы французы вошли тогда в Рейнскую зону, нам пришлось бы удирать, поджав хвост, так как военные ресурсы наши были недостаточны для того, чтобы оказать даже слабое сопротивление».

Генерал Йодль, бывший в то время начальником отдела оперативного управления штаба Вермахта, вспоминал: «Мы были в положении игрока, который поставил все свое состояние на одну карту. Германская армия была в этот момент наиболее слаба, так как сто тысяч солдат Рейхсвера были распределены в качестве инструкторов ко вновь формируемым частям и не представляли собой организованной силы». Бломберг, по его словам, «был в ужасе. Мне казалось, что… Франция будет реагировать немедленно военной силой. Редер и Геринг разделяли мои опасения…»

Однако, Франция, обладавшая на границе 13-ю дивизиями, и десятками дивизий в тылу, не решилась вступить в бой, хотя имела все шансы на быструю победу, что следует из воспоминаний немецкого же высшего руководства. Французский обвинитель на Нюрнбергском трибунале позже признает, что захват Рейнской зоны и строительство Линии Зигфрида парализовали возможность Франции прийти на помощь своим восточным союзникам, что стало «прелюдией к агрессивным действиям против Австрии, Чехословакии и Польши».

В Лиге Наций

По поводу ввода немецких войск в Рейнскую область было созвано совещание Лиги Наций. Английский министр иностранных дел Иден заявил, что вторжение немецких войск в Рейнскую зону представляет собой нарушение Версальского договора. Однако оно не является угрозой миру и «не вызывает той непосредственности акции, которая предусмотрена при известных условиях Локарнским договором».

Нарком иностранных дел СССР Максим Литвинов (представитель государства, которое Версальский договор не подписывало) напомнил членам Лиги, что защита международных договоров является обязанностью Лиги наций: «Весь смысл выступлений господина Гитлера и его предложений в области международной политики, — сводится к организации похода против народов представляемого мною государства, к объединению против них всей Европы, всего мира. Пусть его агрессия фактически метит на ближайшее время в другие страны… Но уже то обстоятельство, что он выбирает … мишенью своих беспрестанных атак Советский Союз и что он это сделал опять в связи с нарушением Локарнского договора, даёт мне право открыто и с особой силой говорить о сущности агрессивной внешней политики господина Гитлера», — заявил он.

***

Как видим, в 1935-1936 гг. Англия и Франция фактически никак не противодействовали усилению Германии, хотя имели к тому возможности. Частично это было вызвано отсутствием политической воли, частично — как в случае с англо-германским морским соглашением — желанием предотвратить доминирование СССР в Балтийском море за счёт усиления Германии. Естественно, такая политика не могла не стимулировать Гитлера к дальнейшим агрессивным действиям.

Гитлер-и-Чемберлен-рукопожатие

1938 год

Спустя 4 года после неудавшегося нацистского переворота в Австрии мечта Гитлера о присоединении Австрии сбылась. 12 марта 1938 г. немецкие войска вошли в Австрию. Справедливости ради надо сказать, что сами австрийцы в тот момент в подавляющем большинстве одобряли идею аншлюса. Толпы австрийцев приветствовали немецкие войска, входившие в Вену. Поскольку тогда в Австрии не было репрессивного аппарата, способного силой организовать такое массовое приветствие, то радость австрийцев в этот момент можно считать искренней.

10 апреля в Германии и Австрии состоялся плебисцит об аншлюсе. По официальным данным, в Германии за аншлюс проголосовало 99,08% жителей, в Австрии — 99,75%. Нам же аншлюс Австрии интересен не столько с политической точки зрения, сколько с точки зрения оценки состояния германской армии в тот момент.

Позволю себе процитировать обширный фрагмент из книги Уинстона Черчилля «Вторая Мировая война»: «Триумфальное вступление в Вену было мечтой австрийского ефрейтора. В ночь на субботу 12 марта нацистская партия в столице намеревалась устроить факельное шествие в честь героя-победителя. Но никто не явился. Поэтому трех ошеломленных баварцев из интендантской службы, приехавших поездом, чтобы подготовить квартиры для постоя вторгающихся войск, с триумфом пронесли на руках по улицам города. О причине срыва этого плана стало известно не скоро. Германская военная машина тяжело прогромыхала через границу и застряла у Линца. Несмотря на превосходную погоду и хорошие условия, большая часть танков вышла из строя. Обнаружились дефекты тяжелой моторизованной артиллерии, и дорога от Линца до Вены оказалась забитой остановившимися тяжелыми машинами. Ответственность за затор, показавший, что на данном этапе своего восстановления германская армия еще не находится в полной готовности, была возложена на командующего 4-й группой армий фаворита Гитлера генерала фон Рейхенау. Проезжая на машине через Линц, Гитлер увидел этот затор и пришел в бешенство. Легкие танки были выведены из колонны и в беспорядке вошли в Вену рано утром в воскресенье. Бронемашины и тяжелые моторизованные артиллерийские орудия были погружены на железнодорожные платформы и только благодаря этому успели к церемонии. Хорошо известны снимки, на которых показан Гитлер, едущий по улицам Вены среди ликующих или испуганных толп народа. Но этот момент мистической славы был омрачен элементом беспокойства. Фюрер был разъярен явными недостатками своей военной машины. Он обрушился на своих генералов, но и те не остались в долгу. Они напомнили ему о его нежелании прислушаться к Фричу и принять к сведению его предупреждение о том, что Германия не в состоянии пойти на риск большого конфликта. Но видимость была соблюдена. Состоялись официальные торжества и парады. В воскресенье, после того как германские войска и австрийские нацисты вступили во владение Веной, Гитлер провозгласил ликвидацию Австрийской Республики и присоединение ее территории к Германскому Рейху».

Итак, по состоянию на март 1938 г., германская армия обладала ещё весьма несовершенным вооружением. Если большинство танков не доходит до цели и ломается не в поле, а на хорошем автобане, то можно говорить, что боеспособных танковых войск фактически не существует. Это же касается бронемашин и моторизованных артиллерийских орудий, которые были вынуждены доставлять по железной дороге.

18 марта СССР предложил созвать конференцию для обсуждения создавшегося положения. Предлагалось обсудить пути и способы претворения в жизнь франко-советского пакта в рамках действий Лиги Наций в случае серьезной угрозы миру со стороны Германии. Англичане отнеслись к этому прохладно. 24 марта 1938 года, выступая в палате общин, премьер-министр Англии Чемберлен изложил свое мнение по поводу этой инициативы советского правительства: «Правительство Его Величества считает, что косвенным, но отнюдь не менее неизбежным следствием действий, предлагаемых советским правительством, явилось бы усиление тенденции к созданию замкнутых группировок стран, что, по мнению правительства Его Величества, было бы вредно для дела мира в Европе. Ещё до аншлюса Австрии Гитлер выступил в Рейхстаге с пропагандистской речью, касавшейся Австрии и Чехословакии. «Больше десяти миллионов немцев,- заявил он, — живут в двух сопредельных с нами государствах». Защита этих соотечественников и обеспечение им «свободы — общей, личной, политической и идеологической» — было долгом Германии».

Общественное мнение подготавливалось не только к аншлюсу Австрии, но аннексии Судет — области в Чехословакии с преобладавшим немецким населением. Всего через несколько недель после заявлений Гитлера в Прагу была направлена советская военная делегация, которая уведомила чехов о том, что в случае нападения Германии Советский Союз окажет им военную помощь. 26 апреля 1938 г. председатель Верховного совета СССР Михаил Калинин заявил, что Советский Союз придет на помощь Чехословакии, даже в случае отказа Франции от своих обязательств.

Во-время-подписания-Мюнхенского-сговора

Майский кризис

20 мая 1938 г. в Саксонии началась концентрация немецких войск. Об этом факте министр иностранных дел Чехословакии К.Крофта сделал официальное заявление французскому и британскому послам де Лакруа и Б.К.Ньютону. В Чехословакии прошла частичная мобилизация, войска были введены в Судеты и заняли приграничные укрепления. В то же время о поддержке Чехословакии заявили СССР и Франция. Протест по поводу силового разрешения кризиса заявила даже союзник Германии Италия. В этот раз Гитлеру пришлось отступить. Министр иностранных дел Франции Ж.Бонне прямо заявил, что «если германская агрессия будет иметь место, очевидно, что Франция придет на помощь Чехословакии». Казалось бы, похвальный шаг, показывающий решимость Франции в выполнении своих союзнических обязательств. Но всё не так просто. Министр иностранных дел Великобритании Галифакс дал указание послу в Париже Э.Фиппсу сообщить французскому министру следующее: «…правительство Его Величества надеется, что оно будет иметь случай выразить свое мнение до того, как Франция предпримет какие-то действия». В ответ Ж.Бонне клятвенно заверил британского посла, что «французское правительство не собирается предпринять каких-либо действий … без пространных консультаций с правительством Его Величества».

Из донесения Фиппса от 23 мая о встрече с французским министром иностранных дел мы узнаем, что британский посол «указал на то, что если чехи будут более чем неразумными, альтернативой для них будет полное уничтожение. Его превосходительство (Бонне) полностью согласился. Более того, он сказал, что если Чехословакия будет действительно неразумной, то французское правительство вполне может заявить, что оно будет считать себя свободным от обязательств».

Справедливости ради надо отметить, что это была личная позиция Бонне, а большая часть французского правительства и лично премьер-министр Даладье стремились сохранить Чехословакию, если не целиком, то хотя бы в качестве обороноспособного государства. Из всей этой истории нам интересна позиция Бонне, который всё-таки был не абы кем, а министром иностранных дел Франции, и позиция англичан, явно не стремившихся поддержать Чехословакию в её противостоянии с Гитлером.

Майский кризис завершился для Чехословакии успешно, но, естественно, Гитлер не оставил своих агрессивных планов. Все военные приготовления для вторжения в Чехословакию, согласно плану «Грюн», должны были быть закончены ко 2 октября. Однако, Гитлер не был безумцем, который был готов действовать без оглядки на международную обстановку. Тем более, как показал мартовский аншлюс Австрии, немецкая армия в плане технического оснащения была ещё очень слаба. 18 июня он издает новую «основополагающую» директиву по операции «Грюн»: «Угрозы превентивной войны других государств против Германии не существует… Однако я приму окончательное решение начать кампанию против Чехословакии лишь в случае, если буду твердо убежден… что Франция не выступит против нас и это не повлечет за собой вмешательства Англии».

Англия не станет рисковать…

6 августа посол Великобритании в Берлине Гендерсон во время неофициальной встречи с немцами заявил: «Англия не станет рисковать ни единым моряком или летчиком из-за Чехословакии. Обо всем можно договориться, если не применять грубую силу».

Чехи, управлявшие государством, составляли чуть больше половины населения, второй по численности группой населения были судетские немцы — 25%. Словаками были только 18% жителей. Мюнхенский сговор неотвратимо приближался.

По приглашению советской стороны в Москву прибыл командующий ВВС Чехословакии генерал Я.Файфр для решения вопроса об установлении непосредственного сотрудничества между советскими и чехословацкими ВВС. В ходе переговоров был разработан план обороны Чехословакии. В конце августа в ответ на стремление СССР договориться о практической возможности помочь Чехословакии, румынское правительство через французского посла в Бухаресте дало понять, что «закроет глаза на пролет советских самолетов на высоте 3 тыс. м и выше, поскольку эта высота практически недосягаема для румынской зенитной артиллерии».

5 сентября 1938 г. президент Чехословакии Эдуард Бенеш, избегая конфронтации, принял все условия лидеров проберлинской партии в Судетах, за исключением отделения от Чехословакии. Таким образом, агрессия против Чехословакии лишалась морального обоснования. По приказу из Берлина, переговоры с Бенешем были немедленно прерваны. 12 сентября Гитлер выступил в Нюрнберге. Речь Гитлера стала сигналом к восстанию в Судетах, чехи ввели в области военное положение и войска. Гитлер потребовал присоединения Судет к Германии. В тот же день премьер-министр Великобритании Чемберлен обратился к Гитлеру с просьбой о личной встрече. 15 сентября 70-летний Чемберлен впервые в жизни сел в самолёт и отправился к Гитлеру. В ходе встречи Гитлер «потребовал» проведения плебисцита во всех округах Чехословакии с преобладающим немецким населением по вопросу о присоединении этих территорий к Германии. Чемберлен обещал в течение недели доставить Гитлеру устраивающее его решение…

Даниил Иванов

Продолжение

Территория-Чехословакии-после-1938-года

На фото:
— Жители Вены приветствуют Гитлера и германские войска;
— Торжественная встреча Бенито Муссолини в Мюнхене;
— Рукопожатие Гитлера и Чемберлена на Мюнхенской конференции в 1938 г.;
— Во время подписания Мюнхенского соглашения.Слева направо: Чемберлен, Даладье, Гитлер, Муссолини, Чиано;
— Территория Чехословакии после 1938 года

 

Читайте также: