Березовые кресты вместо железных. Часть 1

Фашисты_в_1941

77 лет назад — 22 июня 1941 г.- гитлеровская Германия напала на СССР. Всё течение той войны было трагическими для наших страны и народа. Но вторая половина 1941-го оставила особый драматический след…

Каким оказался наш солдат в глазах врага — солдат немецких? Как выглядело начало войны из чужих «окопов» Весьма красноречивые ответы на эти вопросы можно обнаружить в книге, автор которой едва ли может быть обвинен в искажении фактов. Это книга «1941 год глазами немцев. Березовые кресты вместо железных» английского историка Роберта Кершоу. Книга практически целиком состоит из воспоминаний немецких солдат и офицеров, их писем домой и записей в личных дневниках.

Вечер 21 июня

Вспоминает унтер-офицер Гельмут Колаковски: «Поздним вечером наш взвод собрали — и объявили: «Завтра нам предстоит вступить в битву с мировым большевизмом». Лично я был просто поражен, это было как снег на голову, а как же пакт о ненападении между Германией и Россией? Я все время вспоминал тот выпуск «Дойче вохеншау», который видел дома и в котором сообщали о заключенном договоре. Я не мог и представить, как это мы пойдем войной на Советский Союз».

Приказ фюрера вызвал удивление и недоумение личного состава. «Можно сказать, мы были огорошены услышанным, — признавался Лотар Фромм, офицер-корректировщик. — Мы все, я подчеркиваю это, были изумлены и никак не готовы к подобному».

Но недоумение быстро прошло. Опытные солдаты, захватившие уже почти всю Европу, принялись обсуждать, когда они закончат кампанию против СССР. Некоторые считали — за три недели; другие были осторожнее в прогнозах — они полагали, что через 2-3 месяца. Нашелся один, кто сказал, что «целый год», но его на смех подняли: «А сколько надо было, чтобы разделаться с поляками? А с Францией? Ты что, забыл?»

Но не все были столь оптимистичны. Эрих Менде, обер-лейтенант из 8-й силезской пехотной дивизии, вспоминал разговор со своим начальником в последние мирные минуты. «Мой командир был в два раза старше меня, и ему уже приходилось сражаться с русскими под Нарвой в 1917 году, когда он был в звании лейтенанта. «Здесь, на этих бескрайних просторах, мы найдем свою смерть, как Наполеон», — не скрывал он пессимизма… Менде, запомните этот час, он знаменует конец прежней Германии».

В 3 часа 15 минут передовые немецкие части перешли границу СССР. Артиллерист противотанкового орудия Иоганн Данцер вспоминал: «В самый первый день, едва только мы пошли в атаку, как один из наших застрелился из своего же оружия. Зажав винтовку между колен, он вставил ствол в рот и надавил на спуск. Так для него окончилась война и все связанные с ней ужасы».

22 июня, Брест

Захват Брестской крепости был поручен 45-й пехотной дивизии Вермахта, насчитывавшей 17 тысяч личного состава. Гарнизон крепости — порядка 8 тысяч. В первые часы боя имели место доклады об успешном продвижении германских войск и сообщения о захвате мостов и сооружений крепости. В 4 часа 42 мин. «было взято 50 человек пленных, все в одном белье, их война застала в койках». Но уже в 10 час. 50 мин. тон боевых документов другой: «Бой за овладение крепостью ожесточенный — многочисленные потери». Уже погибло 2 командира батальона, 1 командир роты, командир одного из полков получил серьезное ранение.

«Вскоре, где-то между 5.30 и 7.30 утра, стало окончательно ясно, что русские отчаянно сражаются в тылу наших передовых частей. Их пехота при поддержке 35-40 танков и бронемашин, оказавшихся на территории крепости, образовала несколько очагов обороны. Вражеские снайперы вели прицельный огонь из-за деревьев, с крыш и из подвалов, что вызвало большие потери среди офицеров и младших командиров»… «Там, где русских удалось выбить или выкурить, вскоре появлялись новые силы. Они вылезали из подвалов, домов, из канализационных труб и других временных укрытий, вели прицельный огонь, и наши потери непрерывно росли».

Сводка верховного командования Вермахта (ОКВ) за 22 июня сообщала: «Возникло впечатление, что противник после первоначального замешательства начинает оказывать все более упорное сопротивление». С этим согласен был и начальник штаба ОКВ Гальдер: «После первоначального «столбняка», вызванного внезапностью нападения, противник перешел к активным действиям».

Для солдат 45-й дивизии Вермахта начало войны оказалось совсем безрадостным: 21 офицер и 290 унтер-офицеров (по-нашему сержантов), не считая солдат, погибли в её первый же день. За первые сутки боев дивизия потеряла почти столько же солдат и офицеров, сколько за все шесть недель французской кампании…

«Котлы»

Самыми успешными действиями войск Вермахта были операции по окружению и разгрому советских дивизий в «котлах» 1941 г. В самых крупных из них- Киевском, Минском, Вяземском- советские войска потеряли сотни тысяч солдат и офицеров. Но какую цену за это заплатил Вермахт?

Генерал Гюнтер Блюментритт, начальник штаба 4-й армии: «Поведение русских даже в первом бою разительно отличалось от поведения поляков и союзников, потерпевших поражение на Западном фронте. Даже оказавшись в кольце окружения, русские стойко оборонялись».

Автор книги пишет: «Опыт польской и западной кампаний подсказывал, что успех стратегии блицкрига в получении преимуществ более искусным маневрированием. Даже если оставить за скобками ресурсы, боевой дух и воля к сопротивлению противника неизбежно будут сломлены под напором громадных и бессмысленных потерь. Отсюда логически вытекает массовая сдача в плен оказавшихся в окружении деморализованных солдат. В России же эти «азбучные» истины оказались поставлены с ног на голову отчаянным, доходившим порой до фанатизма сопротивлением русских в, казалось, безнадежнейших ситуациях. Вот поэтому половина наступательного потенциала немцев и ушла не на продвижение к поставленной цели, а на закрепление уже имевшихся успехов».

Командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Федор фон Бок в ходе операции по уничтожению советских войск в Смоленском «котле» писал об их попытках вырваться из окружения: «Весьма значимый успех для получившего такой сокрушительный удар противника!» Кольцо окружения не было сплошным. Два дня спустя фон Бок сокрушался: «До сих пор не вышло заделать брешь на восточном участке Смоленского котла». Той ночью из окружения сумели выйти примерно пять советских дивизий. Еще три дивизии прорвались на следующий день.

Об уровне немецких потерь свидетельствует сообщение штаба 7-й танковой дивизии о том, что в строю осталось всего 118 танков. 166 машин было подбито (96 из них подлежали ремонту). 2-я рота 1-го батальона полка «Великая Германия» всего за 5 дней боев на удержание линии Смоленского «котла» потеряла 40 людей при штатной численности роты в 176 солдат и офицеров. Постепенно изменения были отмечены и в восприятии войны у рядовых немецких военнослужащих. Вместо безудержного оптимизма первых дней боев — «что-то пошло не так». Потом пришли безразличие и апатия. Мнение одного из гитлеровских офицеров: «Эти огромные расстояния пугают и деморализуют солдат. Равнины, равнины, конца им нет и не будет. Именно это и сводит с ума».

мертвый-немец

В 2020 г. нам предстоит отметить 75-летний юбилей Победы над нацистской Германией и её союзниками. И чтобы сделать это достойно, донести детям и молодежи — нынешним и будущим — знание и понимание сути того, что произошло семьдесят пять лет назад, нужно приложить немалые усилия. Нужно говорить, писать, рассказывать, напоминать о тех огненных, страшных и героических годах, которые наложили несмываемую печать на многие поколения наших соотечественников и людей во всём мире. С.П.

Подготовил Юрий Гилев

На фото: такими они пришли на нашу землю и так ушли…

Читать продолжение

Читайте также: